Цитаты Игоря Мироновича Губермана (100 цитат)

Игорь Миронович Губерман на сегодняшний день не нуждается в представлениях, так как его стишки стали очень популярны. Наверняка многие на них натыкались, но просто не обращали внимание на авторство. Отучился Губерман на инженера-электрика, но работая по специальности расширял круг знакомства среди творческих людей, пробуя себя в литературном деле. В данной подборке собраны цитаты Игоря Мироновича Губермана.

Не зря я пью вино на склоне дня,
заслужена его глухая власть;
вино меня уводит в глубь меня,
туда, куда мне трезвым не попасть.
Бывает — проснешься, как птица,
крылатой пружиной на взводе,
и хочется жить и трудиться;
но к завтраку это проходит.
Сегодня, выпив кофе поутру,
я дивный ощутил в себе покой;
забавно: я ведь знаю, что умру,
а веры в это нету никакой.
Крича про срам и катастрофу, порочат власть и стар и млад, и все толпятся на Голгофу, а чтоб распяли — нужен блат.
Не жаворонок я и не сова,
и жалок в этом смысле жребий мой:
с утра забита чушью голова,
а к вечеру набита ерундой.
Где лгут и себе и друг другу,
и память не служит уму,
история ходит по кругу
из крови — по грязи — во тьму.
7. Эта мысль — украденный цветок,
Просто рифма ей не повредит:
Человек совсем не одинок —
Кто-нибудь всегда за ним следит.
Весьма порой мешает мне заснуть
Волнующая, как ни поверни,
Открывшаяся мне внезапно суть
Какой-нибудь немыслимой херни.
Россия красит свой фасад, чтоб за фронтоном и порталом неуправляемый распад сменился плановым развалом.
Быть может, потому душевно чист и линию судьбы своей нашел, что я высокой пробы эгоист — мне плохо, где вокруг нехорошо.
Возможность лестью в душу влезть
Никак нельзя назвать растлением.
Мы бесконечно ценим лесть
За совпаденье с нашим мнением.
Я тебя люблю, и не беда,
Что недалека пора проститься,
Ибо две дороги в никуда
Могут еще где-нибудь совместиться…
В зоопарке под вопли детей укрепилось моё убеждение, что мартышки глядят на людей, обсуждая своё вырождение.
Везде одинаков Господен посев, И врут нам о разнице наций. Все люди — евреи, и просто не все Нашли пока смелость признаться.
Я чужд надменной укоризне,
Весьма прекрасна жизнь того,
Кто обретает смысл жизни,
В напрасных поисках его.
Все мои затеи наповал рубятся фортуной бессердечно; если б я гробами торговал — жили бы на свете люди вечно.


Однажды летом в январе
слона увидел я в ведре,
слон закурил, пустив дымок,
и мне сказал: не пей, сынок.
Теперь я понимаю очень ясно,
и чувствую и вижу очень зримо:
неважно, что мгновение прекрасно,
а важно, что оно неповторимо.
Кто понял жизни смысл и толк,
давно замкнулся и умолк.
Мужик тугим узлом совьется,
но если пламя в нем клокочет —
всегда от женщины добьется
того, что женщина захочет.
Все мои затеи наповал рубятся фортуной бессердечно; если б я гробами торговал — жили бы на свете люди вечно.
Глупо думать про лень негативно
И надменно о ней отзываться:
Лень умеет мечтать так активно,
Что мечты начинают сбываться.
Я тебя люблю, и не беда,
Что недалека пора проститься,
Ибо две дороги в никуда
Могут еще где-нибудь совместиться…
Жить, покоем дорожа — пресно, тускло, простоквашно; чтоб душа была свежа, надо делать то, что страшно.
За что люблю я разгильдяев, блаженных духом, как тюлень, что нет меж ними негодяев и делать пакости им лень.
Увы, всему на свете есть предел:
облез фасад и высохли стропила;
в автобусе на девку поглядел,
она мне молча место уступила.
Уже давно мы не атлеты,
и плоть полнеет оголтело,
теперь некрупные предметы
я ловко прячу в складках тела.
Зачем вам, мадам, так сурово страдать на диете учёной? Не будет худая корова смотреться газелью точёной.
Вчера я бежал запломбировать зуб
И смех меня брал на бегу:
Всю жизнь я таскаю свой будущий труп
И рьяно его берегу.
Куда по смерти душу примут,
я с Богом торга не веду;
в раю намного мягче климат,
но лучше общество в аду.
Когда и где бы мы ни пили, тянусь я с тостом каждый раз, чтобы живыми нас любили, как на поминках любят нас.
Кто понял жизни смысл и толк, давно замкнулся и умолк
Маленький, но свой житейский опыт
Мне милей ума с недавних пор,
Потому что поротая жопа –
Самый замечательный прибор
Любым любовным совмещениям даны и дух, и содержание, а к сексуальным извращениям я отношу лишь воздержание.
Мы сразу простимся с заботами и станем тонуть в наслаждении, когда мудрецы с идиотами сойдутся в едином суждении.
Время льётся, как вино,
Сразу отовсюду,
Но однажды видишь дно
И сдаёшь посуду.
Оптимизм, изумительный опиум, из себя самого добываемый.
Непросто — грезить о высоком, паря душой в мирах межзвёздных, когда вокруг под самым боком храпят, сопят и портят воздух.
Душа порой бывает так задета,
что можно только выть или орать;
я плюнул бы в ранимого эстета,
но зеркало придется вытирать.
Тому, что в семействе трещина,
всюду одна причина:
в жене пробудилась женщина,
в муже уснул мужчина.
На собственном горбу и на чужом
я вынянчил понятие простое:
бессмысленно идти на танк с ножом,
но если очень хочется, то стоит.
Хотя и сладостен азарт
по сразу двум идти дорогам,
нельзя одной колодой карт
играть и с дьяволом и с Богом.
Живя в загадочной отчизне,
Из ночи в день десятки лет
Мы пьем за русский образ жизни,
Где образ есть, а жизни нет.
Думать каждый день о чёрном дне — значит делать чёрным каждый день.
Поскольку в землю скоро лечь нам и отойти в миры иные, то думать надо ли о вечном, пока забавы есть земные?
Прекрасен мир, судьба права, полна блаженства жизнь земная, и всё на свете трын-трава, когда проходит боль зубная.
Сколь пылки разговоры о Голгофе
За рюмкой коньяка и чашкой кофе.
Когда устал и жить не хочешь
, полезно вспомнить в гневе белом,
что есть такие дни и ночи,
что жизнь оправдывают в целом.
У писательского круга —
вековечные привычки:
все цитируют друг друга,
не используя кавычки.
Мы варимся в странном компоте,
Где лгут за глаза и в глаза,
Где каждый в отдельности – против,
А вместе – решительно за.
Мы варимся в странном компоте,
Где лгут за глаза и в глаза,
Где каждый в отдельности – против,
А вместе – решительно за.
Не могу эту жизнь продолжать,
а порвать с ней — мучительно сложно;
тяжелее всего уезжать
нам оттуда, где жить невозможно.
Прекрасен мир, судьба права, полна блаженства жизнь земная, и всё на свете трын-трава, когда проходит боль зубная.
Наше время ступает, ползёт и идёт по утратам, потерям, пропажам, в молодые годится любой идиот, а для старости — нужен со стажем.
Наше время ступает, ползёт и идёт по утратам, потерям, пропажам, в молодые годится любой идиот, а для старости — нужен со стажем.
С Богом я общаюсь без нытья и не причиняя беспокойства, глупо на устройство бытия жаловаться автору устройства.
Сегодня, выпив кофе поутру,
я дивный ощутил в себе покой;
забавно: я ведь знаю, что умру,
а веры в это нету никакой.
Всегда мне было интересно,
Как поразительно греховно:
Духовность женщины – телесна,
А тело – дьявольски духовно.
Всему ища вину вовне,
Я злился так, что лез из кожи,
А что вина всегда во мне,
Я догадался много позже.
В сердцах кому-нибудь грубя,
ужасно вероятно
однажды выйти из себя
и не войти обратно.
Наша разность — не в мечтаниях бесплодных,
Не в культуре и не в туфлях на ногах:
Человека отличает от животных
Постоянная забота о деньгах.
Не стесняйся, пьяница, носа своего,
Он ведь с нашим знаменем цвета одного.
Опыт не улучшил никого;
те, кого улучшил — врут безбожно;
опыт — это знание того,
что уже исправить невозможно.
Звоните поздней ночью мне, друзья,
не бойтесь помешать и разбудить;
кошмарно близок час, когда нельзя
и некуда нам будет позвонить.


Свой собственный мир я устроил усилием собственных рук, и всюду, где запись в герои, хожу стороной и вокруг.
Счастье семьи опирается на благоразумие хотя бы одного из супругов.
У самого кромешного предела и даже за него теснимый веком, я делал историческое дело — упрямо оставался человеком.
Никто из самых близких по неволе
В мои переживания не вхож;
Храню свои душевные мозоли
От любящих участливых галош.
Красив, умен, слегка сутул,
Набит мировоззрением.
Вчера в себя я заглянул
И вышел с омерзением.
Когда сидишь в собраньях шумных,
язык пылает и горит;
но люди делятся на умных
и тех, кто много говорит.
Угрюмо думал я сегодня, что в нашей тьме, грызне, предательстве вся милость высшая Господня — в его безликом невмешательстве.
Я бы мог, на зависть многих, сесть, не глянув, на ежа — опекает Бог убогих, у кого душа свежа.
Носишь радостную морду и не знаешь, что позор — при таких широких бедрах такой узкий кругозор.
Думать каждый день о черном дне — значит делать черным каждый день.
В сердцах заламывая руки
Я все же бесконечно рад,
Что нашим детям наши внуки
За наши муки отомстят.
Не жаворонок я и не сова,
и жалок в этом смысле жребий мой:
с утра забита чушью голова,
а к вечеру набита ерундой.
В жизненной коллизии любой
жалостью не суживая веки,
трудно, наблюдая за собой,
думать хорошо о человеке.
Хорошо расставаться, смеясь —
над собой, над разлукой, над болью.
Дымись, покуда не погас,
И пусть волнуются придурки —
Когда судьба докурит нас,
Куда швырнет она окурки.
Я бы мог, на зависть многих, сесть, не глянув, на ежа — опекает Бог убогих, у кого душа свежа.
Я в гостевальные меню бывал включён как угощение…
Изведав быстрых дней течение,
я не скрываю опыт мой:
ученье — свет, а неучение —
уменье пользоваться тьмой.
Живя в загадочной отчизне,
Из ночи в день десятки лет
Мы пьем за русский образ жизни,
Где образ есть, а жизни нет.
Свирепые бои добра со злом .Текут на нескончаемом погосте, Истории мельчайший перелом. Ломает человеческие кости.
Если крепнет в нашей стае
климат страха и агрессии,
сразу глупость возрастает
в гомерической прогрессии.
Увы, но истина — блудница, ни с кем ей долго не лежится
Чем у идеи вид проворней,
тем зорче бдительность во мне:
ведь у идей всегда есть корни,
а корни могут быть в говне.
… чем больше в голове у нас извилин, тем более извилиста судьба.
В горячем споре равно жалко
и дурака, и мудреца,
поскольку истина как палка —
всегда имеет два конца.
Счастливые потом всегда рыдают, что вовремя часов не наблюдают.
Чтоб выжить и прожить на этом свете,
пока земля не свихнута с оси,
держи себя на тройственном запрете:
не бойся, не надейся, не проси.
В одиночестве или нет, придется идти вперед.
Душой своей, отзывчивой и чистой,
других мы одобряем не вполне;
весьма несимпатична в эгоистах
к себе любовь сильнее, чем ко мне.
Надо жить наобум, напролом,
наугад и на ощупь во мгле,
ибо нынче сидим за столом,
а назавтра лежим на столе.
Только в мерзлой трясине по шею,
на непрочности зыбкого дна,
в буднях бедствий, тревог и лишений
чувство счастья даётся сполна.
Я так давно бегу, что не помню уже от чего.
Тому, что в семействе трещина,
всюду одна причина:
в жене пробудилась женщина,
в муже уснул мужчина.
Теперь я понимаю очень ясно,
и чувствую и вижу очень зримо:
неважно, что мгновение прекрасно,
а важно, что оно неповторимо.
Не тужи, дружок, что прожил
ты свой век не в лучшем виде:
все про всех одно и то же
говорят на панихиде.
Весомы и сильны среда и случай,
но главное — таинственные гены,
и как образованием ни мучай,
от бочек не родятся Диогены.
Не брани меня, подруга,
отвлекись от суеты,
все итак едят друг друга,
а меня еще и ты.
Теперь я понимаю очень ясно,
и чувствую и вижу очень зримо:
неважно, что мгновение прекрасно,
а важно, что оно неповторимо.

голосуй звездами за цитаты!
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...
Все афоризмы для вас
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
ТЕПЕРЬ НАПИШИ КОММЕНТАРИЙ!x
()
x