Лучшие цитаты Курта Кобейна (188 цитат)

Курт Кобейн — популярнейший рок-исполнитель, фронтмен и один из основателей группы «Nirvana». Музыкой Курт заинтересовался ещё в подростковом возрасте, что в конечном итоге его привело к созданию группы, а в последствии и к мировой известности. Умер исполнитель в возрасте 27 лет, и входит он в так называемый «клуб 27», куда входят большое количество мировых звёзд и не только рок-музыки. В данной подборке собраны лучшие цитаты Курта Кобейна.

Лучше быть угрюмым мечтателем, чем безмозглым тусовщиком.
Пусть уж меня ненавидят за то, что я есть, чем любят за то, чем я не являюсь.
Всё можно пережить, если подобрать нужную песню.
Людей будут находить мертвыми прямо в наушниках.
Все наркотики — это пустая трата времени. Они разрушают вашу память, самоуважение, все, что связано с самолюбием…
Когда я понял, что не найду человека, похожего на меня, я просто перестал заводить дружбу с людьми.
Я использую кусочки и частицы других личностей, чтобы сформировать свою собственную.
Телевидение, телевидение – самое большое зло на планете. Подойди прямо сейчас к своему телевизору и выбрось его в окно, или продай его и купи лучше стереосистему.
Я не читаю много, но когда я действительно читаю, то читаю внимательно.
У меня нет времени, чтобы перевести то, что я понимаю, в форму разговора.
Я исчерпал все разговоры, когда мне было девять лет.
Меня зовут Курт, я пою и играю на гитаре, а вообще, я ходячая и разговаривающая бактериальная инфекция…
Многие стараются прожить жизнь других людей. Их мысли — чужие мнения, их жизни — мимикрия, их страсть — цитаты. Умение цитировать хорошо скрывает отсутствие собственных идей.
Я не хочу ни с кем слишком сближаться. Не хочу, чтобы кто-то знал, что я чувствую и что думаю. И если вы не в состоянии понять, что я из себя представляю, слушая мою музыку, что ж, увы…
Для меня музыка — способ рассчитаться с жизнью.
Худшее преступление, которое я могу себе представить, — это обманывать людей таким притворством и делать вид, будто я на все 100% чувствую радость. Иногда мне кажется, что я хотел бы остановить часы, когда я выхожу на сцену. Я пытался сделать все, что было в моих силах, чтобы смириться с этим. И я смирился Боже, поверь мне, но этого недостаточно.


Я не хочу ни с кем слишком сближаться. Не хочу, чтобы кто-то знал, что я чувствую и что думаю. И если вы не в состоянии понять, что я из себя представляю, слушая мою музыку, что ж, увы…
Играть музыку это то, что я делаю — моя семья это то, что я есть. Когда все забудут о «Nirvana» и я на каком-нибудь туре возрождения буду играть на разогреве у «Temptations» и «Four Tops», Фрэнсис Бин всё равно останется моей дочерью, а Кортни всё равно останется моей женой. Это для меня ценнее всего остального.
Изнасилование — одно из самых ужасных преступлений на земле, и оно совершается каждые несколько минут. Проблема людей, которые имеют дело с изнасилованиями в том, что они учат женщин как обезопасить себя. Хотя на самом деле нужно учить мужчин не насиловать. Идите к источнику насилия и начинайте с него.
Уже много лет я не испытывал волнения ни от прослушивания, ни от создания музыки, равно как от чтения и писания стихов. Трудно передать словами, как мне стыдно за все это. Так, например, когда мы стоим за кулисами, и зажигаются огни, и слышен неистовый гул толпы, это не трогает меня так, как это трогало Фредди Меркьюри, которому, видимо, нравилось наслаждаться любовью и обожанием толпы, чем я восхищаюсь и чему завидую. Дело в том, что я не могу вас обманывать. Никого из вас. Это было бы просто несправедливо по отношению к вам или ко мне. Самым страшным преступлением мне кажется дурачить людей, притворяясь, что мне весело на все сто процентов.
Наверное, я — один из тех нарциссистов, которые ценят что-либо только тогда, когда оно уходит… Я слишком чувствителен. Мне необходимо быть слегка бесчувственным, чтобы вновь обрести энтузиазм, которым я обладал, будучи ребенком.
У меня жена-богиня, дышащая честолюбием и сочувствием, и дочь, которая напоминает мне меня, каким я когда-то был. Исполненная любви и радости, она целует всех, кто ей встречается, потому что все хорошие, и никто не причинит ей зла. И это пугает меня в такой степени, что я практически ничего не могу делать. Я не могу смириться с мыслью, что Фрэнсис станет таким же несчастным, саморазрушающимся смертником-рокером, как я.
Только потому, что я слишком люблю и жалею людей, я получаю что-то взамен.
Я встречал много умов, способных хранить и переваривать огромное количество информации, но ни один из них не имел ни грамма мудрости ценить увлеченность.
Искусство, которое имеет долгосрочное значение, не может быть оценено большинством, лишь небольшой процент проявит понимание и оценит его.
Заработать имя на записях — это не дело, кто-то, конечно, может это сделать, но есть огромная разница между тем, как ты это делаешь и достигаешь ли самоуважения.
Быть первым — это все равно, что быть 16-м, разве что больше людей будут целовать тебя в зад.
Всё можно пережить, если подобрать нужную песню.
«Панк» — это музыкальная свобода. Говорить, делать, играть — что хотите. «Нирвана» означает свободу от боли и страданий внешнего мира, и это близко к моему определению панк-рока.
Я абсолютно ничего не понимаю в музыкальной технике, почему одни звуки нельзя смешивать с другими? Зато я знаю, какой саунд приемлем для нас. Мы, как группа никогда не копировали других исполнителей, и не заучивали чужие песни. Мы не умели снимать аккорды один к одному, да и не испытывали особого желания делать это. Всю свою энергию мы отдавали сочинению собственных композиций. Я пишу стихи сам для себя и некоторые из них потом превращаются в песни. Я уважаю слова за то, что в них порой скрывается некая мощь. Я люблю поэзию, потому что могу заниматься ей, не испытывая никаких влияний со стороны, Я не хочу говорить о своих любимых поэтах, потому что этот мир нужно открывать самому.
Когда я понял, что не найду человека, похожего на меня, я просто перестал заводить дружбу с людьми.
Лучше быть мертвым, чем крутым.
Я не хочу ни с кем слишком сближаться. Не хочу, чтобы кто-то знал, что я чувствую и что думаю. И если вы не в состоянии понять, что я из себя представляю, слушая мою музыку, что ж, увы…
Надеюсь, что я не превращусь в Пита Тауншенда. Довольно смешно в 40 лет делать то, что мы вытворяем на сцене сейчас. Вот почему я хочу завязать с карьерой, пока не стало слишком поздно.
Я ненавижу себя и хочу сдохнуть.
У меня есть послание к нашим фанам. Если вы по каким-либо причинам ненавидите гомосексуалов, людей с другим цветом кожи или женщин, пожалуйста, сделайте нам одолжение… ОСТАВЬТЕ НАС В ПОКОЕ. ВАШУ МАТЬ! Не приходите на наши концерты, не покупайте наши записи.
Я никогда не жаждал ни славы, ни чего-либо подобного. Так уж получилось.
До тех пор пока мне не исполнилось 9 лет, я был твердо уверен в том, что стану либо рок-звездой, либо астронавтом, либо президентом.
То, что я иногда переодеваюсь в женскую одежду, показывает, что я могу быть настолько женственным, насколько захочу. Я не гомосексуал, хотя я хотел бы им быть, лишь для того, чтобы раздражать гомофобов.
Все наркотики — это пустая трата времени. Они разрушают вашу память, самоуважение, все, что связано с самолюбием…
В субботу вечером я словил кайф, напился, зашагал к железной дороге и улёгся на рельсы в ожидании одиннадцатичасового поезда, положив два больших куска цемента себе на грудь и ноги, и поезд подъезжал всё ближе и ближе.
И он проехал по соседним рельсам рядом со мной вместо того, чтобы проехать по мне.
Я всегда чувствовал себя изгоем, и это не могло не беспокоить меня. Я никак не мог понять, почему мне не хочется общаться со своими сверстниками и одноклассниками. Много лет спустя я понял, почему: я не мог сойтись с ними прежде всего потому, что они равнодушно относились к творчеству.
Большинство моих текстов сотканы из сплошных противоречий. Я напишу несколько искренних строк, а потом начинаю дурачиться и насмехаться над ними.
Я люблю всех — вот что грустно…
Сделайте вашу работу наполненной жизнью, а не жизнь наполненной работой.
Я был невероятно счастливым ребенком. Я все время кричал и пел. Просто не мог вовремя остановиться. Я был по-настоящему счастлив.
Если меня посадят в тюрьму, по крайней мере не надо будет раздавать автографы.
Сейчас я чувствую себя более счастливым, чем когда бы то ни было. Наконец-то я нашел человека, абсолютно похожего на меня. И совершенно не важно, кто это — мужчина, женщина, гермафродит или осел. Главное, что мы подходим друг другу.
Я лучше буду тусоваться с компанией неудачников, сидеть и покуривать с ними, чем с теми, кто без ума от бейсбола…
Мы такие модные, что даже себе подражаем.
Жизнь — это то, что ты строишь, это твой кроссворд…
Худшее преступление, которое я могу себе представить, — это обманывать людей таким притворством и делать вид, будто я на все 100% чувствую радость. Иногда мне кажется, что я хотел бы остановить часы, когда я выхожу на сцену. Я пытался сделать все, что было в моих силах, чтобы смириться с этим. И я смирился Боже, поверь мне, но этого недостаточно.
Я не могу говорить. Я могу только чувствовать.
Сначала я подумал, что глуп… но, может, я счастлив?
И я не собирался покидать этот мир, не узнав на деле, что значит перепихнуться.
Я устал постоянно прикидываться хорошим парнем только для того, чтобы уживаться с другими и иметь друзей. Носил простую фланелевую рубашку, жевал табак и на многие годы стал монахом-затворником в своей комнатушке. Со временем я даже начал забывать, что такое нормальное общение с людьми.
Я не боюсь смерти. Когда ты умираешь, твоя душа продолжает жить и становится абсолютно счастливой. Полный покой после смерти, перерождение в кого-то другого — вот самая большая надежда моей жизни…
Всю свою жизнь я не верил тем вещам, о которых пишут в учебниках истории, и большинству из того, чему меня учили в школе. Но сейчас я делаю вывод, что не вправе судить о ком-либо, основываясь лишь на том, что я прочитал в книгах. Я не вправе вообще судить о чем-либо. Таков урок, который я выучил…
Я никогда не жаждал ни славы, ни чего-либо подобного. Так уж получилось…
Для меня музыка — способ рассчитаться с жизнью.
Я, должно быть, один из тех больных нарциссизмом, которые начинают ценить что-то только тогда, когда этого уже нет.
Я не гомосексуал, хотя я хотел бы им быть, лишь для того, чтобы раздражать гомофобов.
«Панк» — это музыкальная свобода. Говорить, делать, играть — что хотите. «Нирвана» означает свободу от боли и страданий внешнего мира, и это близко к моему определению панк-рока.
Только потому, что я слишком люблю и жалею людей, я получаю что-то взамен.
Я встречал много умов, способных хранить и переваривать огромное количество информации, но ни один из них не имел ни грамма мудрости ценить увлеченность.
Мне нечего сказать или спросить. Я только поддакиваю. Я в некотором смысле реакционер. Я только реагирую на то, что говорят другие. Я не думаю, а когда думаю, то забываю.
Некоторые люди полагают, что добившись признания и заработав денег, они смогут купить себе счастье… Это не так.
Друг — никто иной, как знакомый враг.
Если бы глаза могли показать мою душу, каждый заплакал бы при виде моей улыбки.
Я люблю проникать в механику системы, выдавая себя за одного из них, затем медленно начинать деградировать внутри империи.
Искусство, которое имеет долгосрочное значение, не может быть оценено большинством, лишь небольшой процент проявит понимание и оценит его.
Некоторые люди полагают, что добившись признания и заработав денег, они смогут купить себе счастье… Это не так.
Я чувствую, что у нашего поколения есть всеобщее чувство того, что всё уже сказано и сделано. Верно. Но кому какое дело, однако, было бы забавно притвориться, что это так.
Я не могу говорить. Я могу только чувствовать.
Долг молодежи — бросить вызов коррупции.
Всю свою жизнь я не верил тем вещам, о которых пишут в учебниках истории, и большинству из того, чему меня учили в школе. Но сейчас я делаю вывод, что не вправе судить о ком-либо, основываясь лишь на том, что я прочитал в книгах. Я не вправе вообще судить о чем-либо. Таков урок, который я выучил…
Надеюсь, что я не превращусь в Пита Тауншенда. Довольно смешно в 40 лет делать то, что мы вытворяем на сцене сейчас. Вот почему я хочу завязать с карьерой, пока не стало слишком поздно…
Когда я начал принимать героин, я знал, что это будет так же скучно, как курить марихуану, но я уже не мог остановиться, героин стал подобен воздуху!
То, что я иногда переодеваюсь в женскую одежду, показывает, что я могу быть настолько женственным, насколько захочу. Я — гетеросексуалист… подумаешь! Если бы я был гомосексуалистом, то особо бы не возражал…
Я люблю всех — вот что грустно…
Я никогда не жаждал ни славы, ни чего-либо подобного. Так уж получилось…
Иисус не хочет превратить меня в солнечный луч. Солнечные лучи не станут делать из таких, как я.
Сейчас я чувствую себя более счастливым, чем когда бы то ни было. Наконец-то я нашел человека, абсолютно похожего на меня. И совершенно не важно, кто это — мужчина, женщина, гермафродит или осел. Главное, что мы подходим друг другу.
Я был невероятно счастливым ребенком. Я все время кричал и пел. Просто не мог вовремя остановиться. Я был по-настоящему счастлив.
Если я крайне сосредоточусь, смогу увидеть маленькие прозрачные пятна соринок на внешней оболочке своих глаз (или на слизистой оболочке). И когда мой взгляд перемещается вниз, можно только следовать за ним. Это словно смотришь фильм про амёбу или желеобразный планктон под микроскопом.

НЕОПРЕДЕЛЁННОСТЬ – это словно широко открываешь глаза в темноте, потом с трудом закрываешь, потом открываешь, и тебя ослепляют сверкающие серебряные точки, возникшие от давления на роговицы глаза, косишь, крутишься, сосредотачиваешься, потом снова ты ослеплён, но ты хотя бы, так или иначе, видел свет. Возможно, свет хранился в углублениях, или удерживался в радужной оболочке, или прилипал к кончикам всех нервов и вен. Затем твои глаза снова закрываются, и перед веками появляется искусственный свет, наверное, просто лампочка или паяльная лампа! Боже, он горячий!
Мои ресницы и брови скручиваются и плавятся, распространяя отвратительнейший запах горелых волос, и через Красную Прозрачность света в моих веках крупным планом я вижу движение Кровяных Клеток, двигающихся, когда я перемещаю взгляд туда-сюда, словно снимая документальный фильм про амёбу и планктон, похожий на желе, прозрачные живые формы развития человека, они должны быть маленькими, я не могу их чувствовать, мои глаза должны иметь способность видеть вещи отчётливее, чем я ожидаю, это похоже на микроскоп, но это больше не имеет значения, потому что они сейчас воспламеняют меня, да, я уверен в этом, я горю, чёрт возьми.
И я не собирался покидать этот мир, не узнав на деле, что значит перепихнуться.
Телевидение, телевидение – самое большое зло на планете. Подойди прямо сейчас к своему телевизору и выбрось его в окно, или продай его и купи лучше стереосистему.
Мне нравится следить за подъёмом карьер эстрадных артистов, пока они ещё борются за достижение успеха [с подросткового возраста до тридцати лет]. Мне нравится узнавать о них всё, и, если нельзя достать достаточно информации, то хватит и таблоидов. Я люблю панк-рок. Я люблю девушек со странными глазами. Я люблю наркотики (но моё тело и мозг не могут позволить мне принимать их). Я люблю страсть. Я люблю то, что хорошо построено. Я люблю наивность
Я люблю и благодарен рабочим — синим воротничкам, существование которых освобождает артистов от необходимости заниматься низкооплачиваемой работой. Я люблю подавлять ненасытность. Я люблю мухлевать, играя в карты.
Я люблю общаться со своими друзьями. Я люблю быть один. Я люблю чувствовать себя виноватым в том, что я белый американский мужчина.
Я люблю проникать в механику системы, выдавая себя за одного из них, затем медленно начинать деградировать внутри империи.
Я не читаю много, но когда я действительно читаю, то читаю внимательно. У меня нет времени, чтобы перевести то, что я понимаю, в форму разговора. Я исчерпал все разговоры, когда мне было девять лет. Я специально кажусь наивным и далеким от земной информации, потому что это единственный способ избежать пресыщенного отношения. Всё, что я делаю – это внутренне, подсознательно, потому что вы не можете рационализировать духовность.
Я использую осколки чужих индивидуальностей, чтобы построить свою.
Если меня посадят в тюрьму, по крайней мере, не надо будет раздавать автографы.
Я не могу говорить, я могу только чувствовать.
С выключенным светом все не так страшно;
Вот и мы, развлекайте нас.
Я чувствую себя глупым и заразным —
Вот и мы, развлекайте нас…
Приди таким, какой ты есть,
Таким, каким ты был,
Таким, каким я бы хотел увидеть тебя…
Я так счастлив, ведь сегодня я нашел своих друзей
У себя в голове. Я такой некрасивый,
Но это не страшно — ведь и ты таков же…
Мы разбили наши зеркала.
Воскресное утро.
Неужели каждый день — это все, что мне нужно?
Я не боюсь. Зажги мои свечи —
Я в оцепенении, ведь я нашел Бога…
То, что ты — параноик,
Еще не означает, что за тобой не следят.
Моё сердце разбито, но у меня есть клей —
Позволь мне вдохнуть, и я все исправлю:
Мы уплывем и отдохнем среди облаков,
А затем спустимся вниз — и начнется отходняк.
Ее молоко — мое дерьмо,
Мое дерьмо — ее молоко.
Да, я ем коров,
Я не гордый.
Смысл моего существования — в том, чтобы развлекать вас;
Вот почему я здесь, рядом с вами! —
Чтобы забрать вас с собой в…
Вы правы, в…
Лучше сгореть, чем угаснуть.
Каждый из нас одинок, и все вместе мы одиноки.
Живи на полную катушку, умри молодым и оставь красивый труп.
Когда я понял, что не найду человека, похожего на меня, я просто перестал заводить дружбу с людьми.
Когда я понял, что не найду человека, похожего на меня, я просто перестал заводить дружбу с людьми.
Я чувствую, что у нашего поколения есть всеобщее чувство того, что всё уже сказано и сделано. Верно. Но кому какое дело, однако, было бы забавно притвориться, что это так.
Я не могу дождаться возвращения домой (где бы он ни был), в кровать, невротичный, плохо питающийся и жалующийся, какая дерьмовая погода.
Я абсолютно ничего не понимаю в музыкальной технике, почему одни звуки нельзя смешивать с другими? Зато я знаю, какой саунд приемлем для нас. Мы, как группа никогда не копировали других исполнителей, и не заучивали чужие песни. Мы не умели снимать аккорды один к одному, да и не испытывали особого желания делать это. Всю свою энергию мы отдавали сочинению собственных композиций. Я пишу стихи сам для себя и некоторые из них потом превращаются в песни. Я уважаю слова за то, что в них порой скрывается некая мощь. Я люблю поэзию, потому что могу заниматься ей, не испытывая никаких влияний со стороны, Я не хочу говорить о своих любимых поэтах, потому что этот мир нужно открывать самому.
Иисус не хочет превратить меня в солнечный луч. Солнечные лучи не станут делать из таких, как я.
Уже много лет я не испытывал волнения ни от прослушивания, ни от создания музыки, равно как от чтения и писания стихов. Трудно передать словами, как мне стыдно за все это.
Так, например, когда мы стоим за кулисами, и зажигаются огни, и слышен неистовый гул толпы, это не трогает меня так, как это трогало Фредди Меркьюри, которому, видимо, нравилось наслаждаться любовью и обожанием толпы, чем я восхищаюсь и чему завидую. Дело в том, что я не могу вас обманывать. Никого из вас. Это было бы просто несправедливо по отношению к вам или ко мне. Самым страшным преступлением мне кажется дурачить людей, притворяясь, что мне весело на все сто процентов.
Наверное, я — один из тех нарциссистов, которые ценят что-либо только тогда, когда оно уходит… Я слишком чувствителен. Мне необходимо быть слегка бесчувственным, чтобы вновь обрести энтузиазм, которым я обладал, будучи ребенком.
Заработать имя на записях — это не дело, кто-то, конечно, может это сделать, но есть огромная разница между тем, как ты это делаешь и достигаешь ли самоуважения.
Мне нравится следить за подъёмом карьер эстрадных артистов, пока они ещё борются за достижение успеха [с подросткового возраста до тридцати лет]. Мне нравится узнавать о них всё, и, если нельзя достать достаточно информации, то хватит и таблоидов. Я люблю панк-рок. Я люблю девушек со странными глазами. Я люблю наркотики (но моё тело и мозг не могут позволить мне принимать их). Я люблю страсть. Я люблю то, что хорошо построено. Я люблю наивность. Я люблю и благодарен рабочим — синим воротничкам, существование которых освобождает артистов от необходимости заниматься низкооплачиваемой работой. Я люблю подавлять ненасытность. Я люблю мухлевать, играя в карты. Я люблю разные музыкальные стили. Я люблю высмеивать музыкантов, у которых я обнаруживаю плагиат или оскорбление музыки как искусства, пользуясь раскруткой смущающе жалких версий их работы. Я люблю писать стихи. Я люблю игнорировать других панк-поэтов. Я люблю винил. Я люблю природу и животных. Я люблю плавать. Я люблю общаться со своими друзьями. Я люблю быть один. Я люблю чувствовать себя виноватым в том, что я белый американский мужчина.
Желание быть кем-то другим — это трата своей собственной личности.
То, что я иногда переодеваюсь в женскую одежду, показывает, что я могу быть настолько женственным, насколько захочу. Я — гетеросексуалист… подумаешь! Если бы я был гомосексуалистом, то особо бы не возражал…
Играть музыку — это то, что я делаю. Моя семья — это то, что я есть.
Когда все забудут о «Nirvana» и я на каком-нибудь туре возрождения буду играть на разогреве у «Temptations» и «Four Tops», Фрэнсис Бин всё равно останется моей дочерью, а Кортни всё равно останется моей женой. Это для меня ценнее всего остального.
Мне нечего сказать или спросить. Я только поддакиваю. Я в некотором смысле реакционер. Я только реагирую на то, что говорят другие. Я не думаю, а когда думаю, то забываю.
Мы неописуемо набрались выпивкой и наркотиками, фальшивили и даже были м-м-м, слезливыми. Мне понадобилось приблизительно пятнадцать минут, чтобы сменить струну на гитаре, в то время как люди забрасывали меня вопросами и назвали меня пьяным Робином Зандером (вокалист «Cheap trick»?) После концерта я выбежал наружу, и меня вырвало, потом я вернулся, чтобы найти Игги Попа, и я подарил ему мокрый поцелуй с привкусом тошноты и крепко обнял. Он очень доброжелательный, крутой, отличный и интересный человек. Это был, наверное, самый лестный момент в моей жизни.
Я не могу дождаться возвращения домой (где бы он ни был), в кровать, невротичный, плохо питающийся и жалующийся, какая дерьмовая погода.
Пусть уж меня ненавидят за то, что я есть, чем любят за то, чем я не являюсь.
Никто не умрет девственником. Жизнь всех поимеет.
В субботу вечером я словил кайф, напился, зашагал к железной дороге и улёгся на рельсы в ожидании одиннадцатичасового поезда, положив два больших куска цемента себе на грудь и ноги, и поезд подъезжал всё ближе и ближе. И он проехал по соседним рельсам рядом со мной вместо того, чтобы проехать по мне.
Сначала я подумал, что глуп… но, может, я счастлив?
Я, должно быть, один из тех больных нарциссизмом, которые начинают ценить что-то только тогда, когда этого уже нет.
Всё можно пережить, если подобрать нужную песню.
Лучше сгореть, чем угаснуть
Когда я понял, что не найду человека, похожего на меня, я просто перестал заводить дружбу с людьми.
Я использую кусочки и частицы других личностей, чтобы сформировать свою собственную.
Каждый из нас одинок, и все вместе мы тоже одиноки.
Телевидение, телевидение – самое большое зло на планете. Подойди прямо сейчас к своему телевизору и выбрось его в окно, или продай его и купи лучше стереосистему.
Многие стараются прожить жизнь других людей. Их мысли — чужие мнения, их жизни — мимикрия, их страсть — цитаты. Умение цитировать хорошо скрывает отсутствие собственных идей.
Я не читаю много, но когда я действительно читаю, то читаю внимательно
Всё можно пережить, если подобрать нужную песню.
У меня нет времени, чтобы перевести то, что я понимаю, в форму разговора
Я исчерпал все разговоры, когда мне было девять лет
Я специально кажусь наивным и далеким от земной информации, потому что это единственный способ избежать пресыщенного отношения.
Я всегда чувствовал себя изгоем, и это не могло не беспокоить меня. Я никак не мог понять, почему мне не хочется общаться со своими сверстниками и одноклассниками. Много лет спустя я понял, почему: я не мог сойтись с ними прежде всего потому, что они равнодушно относились к творчеству.
Всё, что я делаю – это внутренне, подсознательно, потому что вы не можете рационализировать духовность.
Я устал постоянно прикидываться хорошим парнем только для того, чтобы уживаться с другими и иметь друзей. Носил простую фланелевую рубашку, жевал табак и на многие годы стал монахом-затворником в своей комнатушке. Со временем я даже начал забывать, что такое нормальное общение с людьми.
Многие стараются прожить жизнь других людей. Их мысли — чужие мнения, их жизни — мимикрия, их страсть — цитаты. Умение цитировать хорошо скрывает отсутствие собственных идей.
Большинство моих текстов сотканы из сплошных противоречий. Я напишу несколько искренних строк, а потом начинаю дурачиться и насмехаться над ними
Желание быть кем-то другим — это потеря самого себя
Мы неописуемо набрались выпивкой и наркотиками, фальшивили и даже были м-м-м, слезливыми. Мне понадобилось приблизительно пятнадцать минут, чтобы сменить струну на гитаре, в то время как люди забрасывали меня вопросами и назвали меня пьяным Робином Зандером (вокалист «Cheap trick»?)
После концерта я выбежал наружу, и меня вырвало, потом я вернулся, чтобы найти Игги Попа, и я подарил ему мокрый поцелуй с привкусом тошноты и крепко обнял. Он очень доброжелательный, крутой, отличный и интересный человек. Это был, наверное, самый лестный момент в моей жизни.
Меня не волнует, что вы думаете, если это не касается меня.
Есть рыбу — это нормально, потому что у нее нет чувств.
Практика делает совершенным, но никто не совершенен, так зачем нужна практика?
Лучший день в моей жизни будет, когда завтрашний день никогда не наступит.
Мне нравится ныть и ничего не делать для улучшения положения вещей.
Мне действительно не хватает возможности гармонировать с людьми.
Если рок-н-ролл вне закона — киньте мою задницу за решетку!
Вы не можете купить счастье.
Неважно, что вы делаете или говорите, вы ничем не можете заставить людей понять вас.
Никто не боится высоты, они боятся упасть. Никто не боится сказать, я тебя люблю, они боятся ответа.
Солнце ушло, но у меня есть свет.
Жизнь — это то, что ты строишь, это твой кроссворд…
Сделайте вашу работу наполненной жизнью, а не жизнь наполненной работой.
Многие стараются прожить жизнь других людей. Их мысли — чужие мнения, их жизни — мимикрия, их страсть — цитаты. Умение цитировать хорошо скрывает отсутствие собственных идей.
Когда я понял, что не найду человека, похожего на меня, я просто перестал заводить дружбу с людьми.
И я не собирался покидать этот мир, не узнав на деле, что значит перепихнуться.
Сейчас я чувствую себя более счастливым, чем когда бы то ни было. Наконец-то я нашел человека, абсолютно похожего на меня. И совершенно не важно, кто это — мужчина, женщина, гермафродит или осел. Главное, что мы подходим друг другу.
Я люблю всех — вот что грустно.
Сделайте вашу работу наполненной жизнью, а не жизнь наполненной работой.
Я, должно быть, один из тех больных нарциссизмом, которые начинают ценить что-то только тогда, когда этого уже нет.
Друг — никто иной, как знакомый враг.
Я встречал много умов, способных хранить и переваривать огромное количество информации, но ни один из них не имел ни грамма мудрости ценить увлеченность.
Только потому, что я слишком люблю и жалею людей, я получаю что-то взамен.
Каждый из нас одинок, и все вместе мы тоже одиноки
Многие стараются прожить жизнь других людей. Их мысли — чужие мнения, их жизни — мимикрия, их страсть — цитаты. Умение цитировать хорошо скрывает отсутствие собственных иде
Я специально кажусь наивным и далеким от земной информации, потому что это единственный способ избежать пресыщенного отношения
Некоторые люди полагают, что добившись признания и заработав денег, они смогут купить себе счастье… Это не так.
Я был невероятно счастливым ребенком. Я все время кричал и пел. Просто не мог вовремя остановиться. Я был по-настоящему счастлив.
Мне нечего сказать или спросить. Я только поддакиваю. Я в некотором смысле реакционер. Я только реагирую на то, что говорят другие. Я не думаю, а когда думаю, то забываю.
Я люблю проникать в механику системы, выдавая себя за одного из них, затем медленно начинать деградировать внутри империи.
Искусство, которое имеет долгосрочное значение, не может быть оценено большинством, лишь небольшой процент проявит понимание и оценит его
Иисус не хочет превратить меня в солнечный луч. Солнечные лучи не станут делать из таких, как я.
Я встречал много умов, способных хранить и переваривать огромное количество информации, но ни один из них не имел ни грамма мудрости ценить увлеченность
Заработать имя на записях — это не дело, кто-то, конечно, может это сделать, но есть огромная разница между тем, как ты это делаешь и достигаешь ли самоуважения.
Если бы глаза могли показать мою душу, каждый заплакал бы при виде моей улыбки
Они смеются надо мной, потому что я другой, я смеюсь над ними, потому что они все одинаковые.
Играть музыку — это то, что я делаю. Моя семья — это то, что я есть.
Мне нравится ныть и ничего не делать для улучшения положения вещей.
Я ждал этого!
Если рок-н-ролл вне закона — киньте мою задницу за решетку!
Сейчас я чувствую себя более счастливым, чем когда бы то ни было. Наконец-то я нашел человека, абсолютно похожего на меня. И совершенно не важно, кто это — мужчина, женщина, гермафродит или осел. Главное, что мы подходим друг другу.
Моё сердце разбито, но у меня есть немного клея.
Все афоризмы для вас
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
ТЕПЕРЬ НАПИШИ КОММЕНТАРИЙ!x