Лучшие цитаты Фаины Раневской (300 цитат)

Фаина Раневская была известной актрисой своего времени, но запомнилась она не только своим актерским мастерством, но и остроумием. Хоть жизнь Фаины и была не сахаром, и ей довелось вкусить горьких моментов, но она всегда сохраняла чувство юмора. Ее умение подбирать слово и разбавлять их юмором породило множество забавных цитат, которые передаются из уст в уста по сей день. В данной подборке собраны лучшие цитаты Фаины Раневской.

Женщины, конечно, умнее. Вы когда-нибудь слышали о женщине, которая бы потеряла голову только от того, что у мужчины красивые ноги?
Если больной очень хочет жить, врачи бессильны.
Сказка — это когда женился на лягушке, а она оказалась царевной. А быль — это когда наоборот.
Есть люди, в которых живет Бог, есть люди, в которых живет дьявол, а есть люди, в которых живут только глисты.
Здоровье – это когда у вас каждый день болит в другом месте.
Лучше быть хорошим человеком, «ругающимся матом», чем тихой, воспитанной тварью.
Я заметила, что если не кушать хлеб, сахар, жирное мясо, не пить пиво с рыбкой – морда становится меньше, но грустнее…
Лесбиянство, гомосексуализм, мазохизм, садизм – это не извращения. Извращений, собственно, только два: хоккей на траве и балет на льду.
Диалог с режиссером Юрием Завадским: — Фаина Георгиевна, вы своей игрой сожрали весь мой режиссерский замысел! — То-то у меня ощущение, что я наелась дерьма!
В моей старой голове две, от силы три мысли, но они временами поднимают такую возню, что кажется, их тысячи.
Есть люди, в которых живет Бог, есть люди, в которых живет дьявол, а есть люди, в которых живут только глисты.
Все приятное в этом мире либо вредно, либо аморально, либо ведет к ожирению.
Под самым красивым хвостом павлина скрывается самая обычная куриная жопа. Так что меньше пафоса, господа.
Виктор Розов как-то хвастливо заявил Фаине Раневской:
-Очень сожалею, Фаина Георгиевна, что вы не были на премьере моей новой пьесы. Люди у касс устроили форменное побоище!
-И как? Удалось им получить деньги обратно? — невозмутимо поинтересовалась та.
Оптимизм – это недостаток информации.
Под самым красивым хвостом павлина скрывается самая обычная куриная жопа. Так что меньше пафоса, господа.
Я ведь еще помню порядочных людей… Боже, какая я старая!
Животных, которых мало, занесли в Красную книгу, а которых много – в Книгу о вкусной и здоровой пище.
Хрен, положенный на мнение окружающих, обеспечивает спокойную и счастливую жизнь.
Есть такие люди, к которым просто хочется подойти и поинтересоваться, сложно ли без мозгов жить.
Отпускайте идиотов и клоунов из своей жизни. Цирк должен гастролировать.
Цинизм ненавижу за его общедоступность.
Если человек тебе сделал зло, дай ему конфетку. Он тебе – зло, ты ему – конфетку. И так до тех пор, пока у этой твари не разовьется сахарный диабет.
Всю жизнь я страшно боюсь глупых. Особенно баб. Никогда не знаешь, как с ними разговаривать, не скатываясь на их уровень.
Что за мир? Сколько идиотов вокруг, как весело от них!
Талант – это неуверенность в себе и мучительное недовольство собой и своими недостатками, чего я никогда не встречала у посредственности.
Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на диеты, жадных мужчин и плохое настроение.
Всю свою жизнь я проплавала в унитазе стилем баттерфляй.
Я как яйца: участвую, но не вхожу.
Женщины, конечно, умнее. Вы когда-нибудь слышали о женщине, которая бы потеряла голову только от того, что у мужчины красивые ноги?
Думайте и говорите обо мне что пожелаете. Где вы видели кошку, которую бы интересовало, что о ней говорят мыши?
Нас приучили к одноклеточным словам, куцым мыслям, играй после этого Островского!
Вторая половинка есть у мозга, жопы и таблетки. А я изначально целая.
Мысли тянутся к началу жизни — значит, жизнь подходит к концу.
Я как старая пальма на вокзале — никому не нужна, а выбросить жалко.
Для актрисы не существует никаких неудобств, если это нужно для роли.
Они живут вместе. Как муж и жена. Хотя нет. Они живут гораздо лучше.
Питаться в одиночку так же противоестественно, как срать вдвоем!
Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на диеты, жадных мужчин и плохое настроение.
Когда у попрыгуньи болят ноги, она прыгает сидя.
Мое богатство, очевидно, в том, что мне оно не нужно.
Красивые люди тоже срут.
Я вас ненавижу. Куда бы я ни пришла, все оглядываются и говорят: «Смотри, это Мюля, не нервируй меня, идёт».
Стареть скучно, но это единственный способ жить долго.
Я не признаю слова «играть». Играть можно в карты, на скачках, в шашки. На сцене жить нужно.
Настоящий мужчина — это мужчина, который точно помнит день рождения женщины и никогда не знает, сколько ей лет. Мужчина, который никогда не помнит дня рождения женщины, но точно знает, сколько ей лет, — это ее муж.
Сегодняшняя молодежь ужасная. Но еще ужаснее то, что мы не принадлежим к ней.
Получаю письма: «Помогите стать актером». Отвечаю: «Бог поможет!».
Самое страшное — это когда человек уже принадлежит не себе, а своему распаду.
Пи-пи в трамвае — все, что он сделал в искусстве.
Если ты ждешь, что кто-то примет тебя «таким, как ты есть», то ты просто ленивое мудло. Потому что, как правило, «такой, как есть» — зрелище печальное. Меняйся, скотина. Работай над собой. Или сдохни в одиночестве.
У меня хватило ума прожить жизнь глупо.
Когда я умру, похороните меня и на памятнике напишите: «Умерла от отвращения».
Склероз нельзя вылечить, но о нем можно забыть.
Склероз нельзя вылечить, но о нем можно забыть.
Среди всяких козявок очень тяжело достичь уровня гения.
Милочка, если хотите похудеть — ешьте голой и перед зеркалом!
Четвертый раз смотрю этот фильм и должна вам сказать, что сегодня актеры играли как никогда.
Когда я начинаю писать мемуары, дальше фразы: «Я родилась в семье бедного нефтепромышленника…» — у меня ничего не получается.
Женщина, чтобы преуспеть в жизни, должна обладать двумя качествами. Она должна быть достаточно умна, чтобы нравиться глупым мужчинам, и достаточно глупа, чтобы нравиться мужчинам умным.
Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на диеты, жадных мужчин и плохое настроение.
Многие жалуются на свою внешность, и никто — на мозги.
Союз глупого мужчины и глупой женщины порождает мать-героиню. Союз глупой женщины и умного мужчины порождает мать-одиночку. Союз умной женщины и глупого мужчины порождает обычную семью. Союз умного мужчины и умной женщины порождает легкий флирт.
Женщины — это не слабый пол, слабый пол — это гнилые доски.
Когда я выйду на пенсию, то абсолютно ничего не буду делать. Первые месяцы просто буду сидеть в кресле-качалке.
— А потом?
— А потом начну раскачиваться.
И что только ни делает с человеком природа.
Вот женишься — тогда поймёшь, что такое счастье, Но поздно будет.
Воспоминания – это богатство старости.
Спутник славы — одиночество.
— Фаина Георгиевна, на что похожа женщина, если ее поставить вверх ногами? — На копилку. — А мужчина? — На вешалку.
Больше всего в жизни я любила влюбляться.
Как я завидую безмозглым.
Проклятый девятнадцатый век, проклятое воспитание: не могу стоять, когда мужчины сидят.
Фаина Георгиевна, как ваши дела? — Вы знаете, милочка, что такое говно? Так оно по сравнению с моей жизнью — повидло.
У них были разные вкусы: она любила мужчин, а он – женщин.
Мои похоронные причиндалы» — говорила Фаина Георгиевна о своих наградах.
Как прошмыгнула жизнь, я даже никогда не слышала, как поют соловьи.
Я говорила долго и неубедительно, как будто говорила о дружбе народов.
Паспорт человека – это его несчастье, ибо человеку всегда должно быть восемнадцать, а паспорт лишь напоминает, что ты не можешь жить как восемнадцатилетняя.
Встречается такая любовь, что лучше ее сразу заменить расстрелом.
Мое богатство, очевидно, в том, что мне оно не нужно.
В юности, после революции, Раневская очень бедствовала и в трудный момент обратилась за помощью к одному из приятелей своего отца.
Тот ей сказал — Дать дочери Фельдмана мало — я не могу. А много—у меня уже нет.
Знаете, — вспоминала через полвека Раневская, — когда я увидела этого лысого на броневике, то поняла: нас ждут большие неприятности.
Кто бы знал мое одиночество? Будь он проклят, этот самый талант, сделавший меня несчастной.
Я — выкидыш Станиславского.
Душа — не жопа, высраться не может
Как вы живете? — спросила как-то Ия Саввина Раневскую.
— Дома по мне ползают тараканы, как зрители по Генке Бортникову,
— ответила Фаина Георгиевна.
Бог мой, как прошмыгнула жизнь, я даже никогда не слышала, как поют соловьи.
Бог мой, как прошмыгнула жизнь, я даже никогда не слышала, как поют соловьи.
Жизнь — это небольшая прогулка перед вечным сном.
Одиночество как состояние не поддается лечению.
Успех — единственный непростительный грех по отношению к своему близкому.
Старость, — говорила Раневская, — это время, когда свечи на именинном пироге обходятся дороже самого пирога, а половина мочи идет на анализы.
Одиноко. Смертная тоска. Мне 81 год…
Сижу в Москве, лето, не могу бросить псину. Сняли мне домик за городом и с сортиром. А в мои годы один может быть любовник — домашний клозет.
Птицы ругаются, как актрисы из-за ролей. Я видела как воробушек явно говорил колкости другому, крохотному и немощному, и в результате ткнул его клювом в голову. Все, как у людей.
Старая харя не стала моей трагедией — в 22 года я уже гримировалась старухой, и привыкла, и полюбила . старух моих в ролях. А недавно написала моей сверстнице: «Старухи, я любила вас, будьте бдительны!
Почему вы не пишете мемуаров?
— Жизнь отнимает у меня столько времени, что писать о ней совсем некогда.
Критикессы — амазонки в климаксе.
Когда нужно пойти на собрание труппы, такое чувство, что сейчас предстоит дегустация меда с касторкой.
Кино — заведение босяцкое.
О своих работах в кино: «Деньги съедены, а позор остался»
Сняться в плохом фильме — все равно что плюнуть в вечность.
Когда мне не дают роли, чувствую себя пианисткой, которой отрубили руки.
Приходите, я покажу вам фотографии неизвестных народных артистов СССР, — зазывала к себе Раневская.
Однажды, посмотрев на Галину Сергееву, исполнительницу роли «Пышки», и оценив ее глубокое декольте, Раневская своим дивным басом сказала, к восторгу Михаила Ромма, режиссера фильма: «Эх, не имей сто рублей, а имей двух грудей
Жемчуг, который я буду носить в первом акте, должен быть
настоящим, — требует капризная молодая актриса.
— Все будет настоящим, — успокаивает ее
Раневская. — Все: и жемчуг в первом действии,
и яд — в последнем.
Увидев исполнение актрисой X. роли узбекской девушки в спектакле Кахара в филиале «Моссовета» на Пушкинской улице, Раневская воскликнула: «Не могу, когда шлюха корчит из себя невинность».
Ох, вы знаете, у Завадского такое горе!
— Какое горе?
— Он умер.
Раневская забыла фамилию актрисы, с которой должна была играть на сцене:
— Ну эта, как ее… Такая плечистая в заду…
Доктор, в последнее время я очень озабочена своими умственными способностями, — жалуется Раневская психиатру.
— А в чем дело? Каковы симптомы?
— Очень тревожные: все, что говорит Завадский, кажется мне разумным…
— Нонна, а что, артист Н. умер? — Умер.
— То-то я смотрю, он в гробу лежит…
Раневская называла Завадского маразматиком-затейником, уцененным Мейерхольдом, перпетуум кобеле.
Раневская говорила начинающему композитору, сочинившему колыбельную:
— Уважаемый, даже колыбельную нужно писать так, чтобы люди не засыпали от скуки
Творческие поиски Завадского аттестовались Раневской не иначе как «капризы беременной кенгуру».
Делая скорбную мину, Раневская замечала:
— В семье не без режиссера.


Раневская говорила начинающему композитору, сочинившему колыбельную:
— Уважаемый, даже колыбельную нужно писать так, чтобы люди не засыпали от скуки…
Берите пример с меня, — сказала как-то Раневской одна солистка Большого театра. — Я недавно застраховала свой голос на очень крупную сумму.
— Ну, и что же вы купили на эти деньги?
Как-то Раневская, сняв телефонную трубку, услышала сильно надоевший ей голос кого-то из поклонников и заявила:
— Извините, не могу продолжать разговор. Я говорю из автомата, а здесь большая очередь.
В Одессе, во время гастролей, одна пассажирка в автобусе протиснулась к Раневской, завладела ее рукой и торжественно заявила:
— Разрешите мысленно пожать вашу руку!
Во время гастролей театра имени Моссовета в Одессе кассирша говорила:
— Когда Раневская идет по городу, вся Одесса делает ей апофеоз.
Поклонница просит домашний телефон Раневской. Она:
— Дорогая, откуда я его знаю? Я же сама себе никогда не звоню
Хозяйка дома показывает Раневской свою фотографию детских лет.
На ней снята маленькая девочка на коленях пожилой женщины.
— Вот такой я была тридцать лет назад.
— А кто эта маленькая девочка? — с невинным видом спрашивает Фаина Георгиевна.
Еще «из Орловой».
— Ну что, в самом деле, Чаплин, Чаплин… Какой раз хочу посмотреть, во что одета его жена, а она опять в своем беременном платье! Поездка прошла совершенно впустую.
Раневская обедала как-то у одной дамы, столь экономной, что Фаина Георгиевна встала из-за стола совершенно голодной. Хозяйка любезно сказала ей:
— Прошу вас еще как-нибудь прийти ко мне отобедать.
— С удовольствием, — ответила Раневская, — хоть сейчас!
У Раневской спросили, любит ли она Рихарда Штрауса, и услышали
в ответ:
— Как Рихарда я люблю Вагнера, а как Штрауса — Иоганна.
Одной даме Раневская сказала, что та попрежнему молода и прекрасно выглядит.
— Я не могу ответить вам таким же комплиментом, — дерзко ответила та.
— А вы бы, как и я, соврали! — посоветовала Фаина Георгиевна.
В больнице, увидев, что Раневская читает Цицерона, врач заметил:
— Не часто встретишь женщину, читающую Цицерона.
— Да и мужчину, читающего Цицерона, встретишь не часто, — парировала Фаина Георгиевна.
Идет обсуждение пьесы. Все сидят.
Фаина Георгиевна, рассказывая что-то, встает, чтобы принести книгу, возвращается, продолжая говорить стоя. Сидящие слушают и вдруг:
— Проклятый девятнадцатый век, проклятое воспитание: не могу стоять, когда мужчины сидят, — как бы между прочим замечает Раневская.
Вере Марецкой присвоили звание Героя Социалистического Труда.
Любя актрису и признавая ее заслуги в искусстве, Раневская тем не менее заметила:
— Чтобы мне получить это звание, надо сыграть Чапаева.
Раневская передавала рассказ Надежды Обуховой. Та получила письмо от ссыльного. Он писал: «Сейчас вбежал урка и крикнул: «Интеллигент, бежи скорей с барака. Надька жизни дает».
А вы куда хотели бы попасть, Фаина Георгиевна, — в рай или ад? — спросили у Раневской.
— Конечно, рай предпочтительнее из-за климата, но веселее мне было бы в аду — из-за компании, — рассудила Фаина Георгиевна.
Сегодня я убила 5 мух: двух самцов и трех самок.
— Как вы это определили?
— Две сидели на пивной бутылке, а три на зеркале, — объяснила Фаина Георгиевна.
Вы слышали, как не повезло писателю N.? — спросили у Раневской. — Нет, а что с ним случилось? — Он упал и сломал правую ногу. — Действительно, не повезло. Чем же он теперь будет писать? посочувствовала Фаина Георгиевна.
В купе вагона назойливая попутчица пытается разговорить Раневскую. — Позвольте же вам представиться. Я — Смирнова. — А я — нет.
Сколько раз краснеет в жизни женщина? — Четыре раза: в первую брачную ночь, когда первый раз изменяет мужу, когда первый раз берет деньги, когда первый раз дает деньги. — А мужчина? — Два раза: первый раз — когда не может второй, второй — когда не может первый.
Ткань на юбке Раневской от долгой носки истончилась. Фаина Георгиевна скорее с удовольствием, чем с сожалением, констатирует, глядя на прореху: — Напора красоты не может сдержать ничто!
Бог создал женщин красивыми, чтобы их могли любить мужчины, и глупыми, чтобы они могли любить мужчин»
Почему все дуры такие женщины?
Чем я занимаюсь? Симулирую здоровье»
На вопрос: «Вы заболели, Фаина Георгиевна?» — она обычно отвечала: «Нет, я просто так выгляжу»
Вы не поверите, Фаина Георгиевна, но меня ещё не целовал никто, кроме жениха. — Это вы хвастаете, милочка, или жалуетесь?
Деньги я проем, а стыд останется» — ответ Раневской на предложение сняться в какой-то картине
Я, в силу отпущенного мне дарования, пропищала как комар
Всю жизнь я страшно боюсь глупых. Особенно баб. Никогда не знаешь, как с ними разговаривать, не скатываясь на их уровень.
Жизнь моя… Прожила около, все не удавалось. Как рыжий у ковра
Жить надо так, чтобы тебя помнили и сволочи.
Женщина в театре моет сортир. Прошу ее поработать у меня, убирать квартиру. Отвечает: «Не могу, люблю искусство»
Есть же такие дураки, которые завидуют известности
Если женщина идет с опущенной головой – у нее есть любовник! Если женщина идет с гордо поднятой головой – у нее есть любовник! Если женщина держит голову прямо – у нее есть любовник! И вообще – если у женщины есть голова, то у нее есть любовник!
Души же моей он не знал, потому что любил ее
Если бы я, уступая просьбам, стала писать о себе, это была бы жалобная книга – «Судьба – шлюха»
Если женщина говорит мужчине, что он самый умный, значит, она понимает, что второго такого дурака она не найдет.
Иногда приходит в голову что-то неглупое, но и тут же забываю это неглупое. Умное давно не посещает мои мозги.
Завадскому дают награды не по способностям, а по потребностям. Странно, что у него нет звания «Мать-героиня»
Не лажу с бытом! Деньги мешают мне и когда их нет, и когда они есть. (Она жаловалась, что если б у нее было много денег, все узнали бы, какой у нее хороший вкус. Безденежье – верный спутник всей ее жизни.)
Как ошибочно мнение о том, что нет незаменимых актеров.
Как унизительна моя жизнь.
Кто-то заметил: «Никто не хочет слушать, все хотят говорить». А стоит ли говорить?
Когда я утром просыпаюсь и чувствую, что у меня ничего не болит – я думаю, что уже померла!
Кто бы знал мое одиночество? Будь он проклят, этот самый тал
Толстой сказал, что смерти нет, а есть любовь и память сердца. Память сердца так мучительна, лучше бы ее не было… Лучше бы память навсегда убить.
Облысение – это медленное, но прогрессивное превращение головы в ж…пу. Сначала по форме, а потом и по содержанию.
Милочка, если хотите похудеть — ешьте голой и перед зеркалом!
Умный знает, как выпутаться из трудного положения, а мудрый в него никогда не попадет.
Раневская выступала на одном из литературно-театральных вечеров. Во время обсуждения девушка лет шестнадцати спросила: — Фаина Георгиевна, что такое любовь? Раневская подумала и сказала: — Забыла. А через, секунду добавила: — Но помню, что это что-то очень приятное.
Раневская возвращается с гастролей. Разговор в купе. Одна говорит: «Вот вернусь домой и во всем признаюсь мужу». Вторая: «Ну, ты и смелая». Третья: «Ну, ты и глупая». Раневская: «Ну, у тебя и память».
Отправившись — от нечего делать на гастролях днем — в зоопарк, артисты увидели необычного оленя, на голове которого вместо двух рогов красовалось целых четыре. Послышались реплики: — Какое странное животное! Что за фокус? — Я думаю,- пробасила Раневская, — что это просто вдовец, который имел неосторожность снова жениться.
Жизнь проходит и не кланяется, как сердитая соседка.
Народ у нас самый даровитый, добрый и совестливый. Но практически как-то складывается, что постоянно, процентов на восемьдесят, нас окружают идиоты, мошенники и жуткие дамы без собачек. Беда!
Половина лжи, которую распространяют обо мне, не соответствует действительности.
Я не пью, я больше не курю и я никогда не изменяла мужу – потому что у меня его никогда не было.
Когда мне было 20 лет, я думала только о любви. Теперь же я люблю только думать.
Что толку делать пластическую операцию?! Фасад обновишь, а канализация все равно старая!
Искать женщину без изъянов может только мужчина без извилин.
Женщины умирают позже мужчин, потому что вечно опаздывают.
Однажды Раневская поскользнулась на улице и упала. Навстречу ей шел какой-то незнакомый мужчина.
— Поднимите меня! — попросила Раневская. — Народные артистки на дороге не валяются…
Если женщина говорит мужчине, что он самый умный, значит, она понимает, что второго такого дурака она не найдет.
Одиночество — это когда в доме есть телефон, а звонит будильник.
Есть такие люди, к которым просто хочется подойти и поинтересоваться, сложно ли без мозгов жить.
Если у тебя есть человек, которому можно рассказать сны, ты не имеешь права считать себя одиноким
Очень сожалею, Фаина Георгиевна, что вы не были на премьере моей новой пьесы, — похвастался Раневской Виктор Розов. — Люди у касс устроили форменное побоище!
— И как? Удалось им получить деньги обратно?
(Администратору, заставшему ее в гримерке абсолютно голой)
— Вас не шокирует, что я курю?
Я обожаю природу.
— И это после того, что она с тобой сделала?
Звонок не работает, как придёте, стучите ногами.
— Почему ногами?
— Но вы же не с пустыми руками собираетесь приходить!
Сейчас, когда человек стесняется сказать, что ему не хочется умирать, он говорит так: очень хочется выжить, чтобы посмотреть, что будет потом. Как будто если бы не это, он немедленно был бы готов лечь в гроб.
На голодный желудок русский человек ничего делать и думать не хочет, а на сытый — не может.
В моей старой голове две, от силы три мысли, но они временами поднимают такую возню, что кажется, их тысячи.
(Объясняя кому-то, почему презерватив белого цвета)
— Потому что белый цвет полнит.
Идущую по улице Раневскую толкнул какой-то человек, да еще и обругал грязными словами. Фаина Георгиевна сказала ему:
— В силу ряда причин я не могу сейчас ответить вам словами, какие употребляете вы. Но я искренне надеюсь, что когда вы вернетесь домой, ваша мать выскочит из подворотни и как следует вас искусает.
Раневская со всеми своими домашними и огромным багажом приезжает на вокзал.
— Жалко, что мы не захватили пианино, — говорит Фаина Георгиевна.
— Неостроумно, — замечает кто-то из сопровождавших.
— Действительно неостроумно, — вздыхает Раневская. — Дело в том, что на пианино я оставила все билеты.
Это не комната. Это сущий колодец. Я чувствую себя ведром, которое туда опустили.
Сотрудница Радиокомитета N постоянно переживала драмы из-за своих любовных отношений с сослуживцем, которого звали Симой: то она рыдала из-за очередной ссоры, то он ее бросал, то она делала от него аборт. Раневская называла ее «жертва ХераСимы».
Толстой сказал, что смерти нет, а есть любовь и память сердца. Память сердца так мучительна, лучше бы ее не было… Лучше бы память навсегда убить.
Понятна мысль моя неглубокая?
Мне всегда было непонятно — люди стыдятся бедности и не стыдятся богатства.
Настоящий мужчина — это мужчина, который точно помнит день рождения женщины и никогда не знает, сколько ей лет. Мужчина, который никогда не помнит дня рождения женщины, но точно знает, сколько ей лет — это ее муж.
Чтобы мы видели, сколько мы переедаем, наш живот расположен на той же стороне, что и глаза.
Семья заменяет все. Поэтому, прежде чем ее завести, стоит подумать, что тебе важнее: все или семья.
Орфографические ошибки в письме — как клоп на белой блузке.
(О режиссере Ю. Завадском) Он умрет от расширения фантазии.
Как ошибочно мнение о том, что нет незаменимых актеров.
Успех — единственный непростительный грех по отношению к своему близкому.
Какие, по вашему мнению, женщины склонны к большей верности — брюнетки или блондинки?
— Седые!
Для меня всегда было загадкой – как великие актеры могли играть с артистами, от которых нечем заразиться, даже насморком.
В старости главное – чувство достоинства.
Если человек зимой в холод не подобрал бродячую псину, человек этот дрянь, способный на всякую подлость. И я не ошибаюсь.
«Как много любви, а в аптеку сходить некому», – сказала Фаина Раневская о поклонниках, дарящих ей цветы охапками.
Куда эти чертовы деньги деваются, вы мне не можете сказать? Разбегаются, как тараканы, с чудовищной быстротой.


Народ у нас самый даровитый, добрый и совестливый. Но практически как то складывается так, что постоянно, процентов на 80, нас окружают идиоты, мошенники и жуткие дамы без собачек. Беда!
Сказка – это когда женился на лягушке, а она оказалась царевной. А быль – это когда наоборот.
У вас такой же недостаток, что и у меня. Нет, не нос – скромность! Фаина Раневская – Елене Камбуровой
Старость – это просто свинство. Я считаю, что это невежество Бога, когда он позволяет доживать до старости.
«Я не знала успеха у себя самой… У меня хватило ума глупо прожить жизнь», – уже перед самой смертью жаловалась Фаина Раневская.
Фаина Георгиевна вернулась домой бледная как смерть, и рассказала, что ехала от театра на такси. – Я сразу поняла, что он лихач. Как он лавировал между машинами, увиливал от грузовиков, проскальзывал прямо перед носом прохожих! Но по настоящему я испугалась уже потом. Когда мы приехали, он достал лупу, чтобы посмотреть на счетчик!
Однажды в театре Фаина Георгиевна ехала в лифте с артистом Геннадием Бортниковым, а лифт застрял… Ждать пришлось долго – только минут через сорок их освободили. Молодому Бортникову Раневская сказала, выходя: – Ну вот, Геночка, теперь вы обязаны на мне жениться! Иначе вы меня скомпрометируете!
У кого нет женщины, тот сирота.
Мужчина без женщины – это зеркало, в которое никто не смотрит. Женщина без мужчины – отражение, которому недостает зеркала.
Нет полных женщин, есть тесная одежда.
Эта дама может уже сама выбирать, на кого ей производить впечатление
Такая задница называется «жопа-игрунья».
Напора красоты не может сдержать ничто! (Глядя на прореху в своей юбке)
С такой жопой надо сидеть дома!
Страшно, когда тебе внутри восемнадцать, когда восхищаешься прекрасной музыкой, стихами, живописью, а тебе уже пора, ты ничего не успела, а только начинаешь жить!
Когда мне не дают роли, чувствую себя пианисткой, которой отрубили руки.
Я жила со многими театрами, но так и не получила удовольствия.
Я социальная психопатка. Комсомолка с веслом. Вы меня можете пощупать в метро. Это я там стою, полусклонясь, в купальной шапочке и медных трусиках, в которые все октябрята стремятся залезть. Я работаю в метро скульптурой. Меня отполировало такое количество лап, что даже великая проститутка Нана могла бы мне позавидовать.
В Москве можно выйти на улицу одетой, как бог даст, и никто не обратит внимания. В Одессе мои ситцевые платья вызывают повальное недоумение — это обсуждают в парикмахерских, зубных амбулаториях, трамвае, частных домах. Всех огорчает моя чудовищная “скупость” — ибо в бедность никто не верит.
Пусть это будет маленькая сплетня, которая должна исчезнуть между нами.
Мне всегда было непонятно — люди стыдятся бедности и не стыдятся богатства.
Ребенка с первого класса школы надо учить науке одиночества.
На вопрос: «Вы заболели, Фаина Георгиевна?» – она обычно отвечала: «Нет, я просто так выгляжу».
Однажды Раневскую спросили: почему красивые женщины пользуются большим успехом, чем умные?– Это же очевидно: ведь слепых мужчин совсем мало, а глупых пруд пруди.
Раневская со всеми своими домашними и огромным багажом приезжает на вокзал.– Жалко, что мы не захватили пианино, – говорит Фаина Георгиевна.– Неостроумно, – замечает кто-то из сопровождавши– Действительно неостроумно, – вздыхает Раневская. – Дело в том, что на пианино я оставила все билеты.
В большой коммунальной квартире упиралась окном в стену соседнего дома и даже в светлое время суток освещалась электричеством. Приходящим к ней впервые Фаина Георгиевна говорила:– Живу, как Диоген. Видите, днем с огнем!Марии Мироновой она заявила:– Это не комната. Это сущий колодец. Я чувствую себя ведром, которое туда опустили.Как вы живете? – спросила как-то Саввина Раневскую.– Дома по мне ползают тараканы, как зрители по Генке Бортникову, – ответила Фаина Георгиевна.
Отвратительные паспортные данные. Посмотрела в паспорт, увидела, в каком году я родилась, и только ахнула…
Смесь степного колокольчика с гремучей змеей, – говорила она об одной актрисе.
Обсуждая только что умершую подругу-актрису:– Хотелось бы мне иметь ее ноги – у нее были прелестные ноги! Жалко – теперь пропадут…
Раневская и Марецкая идут по Тверской. Раневская говорит:– Тот слепой, которому ты подала монетку, не притвора, он действительно не видит.– Почему ты так решила?– Он же сказал тебе: «Спасибо, красотка!»
Увидев исполнение актрисой X. роли узбекской девушки в спектакле «Кахара» в филиале «Моссовета» на Пушкинской улице, Раневская воскликнула: «Не могу, когда шлюха корчит из себя невинность»
Вбегает, запыхавшись, на репетицию Фаина Георгиевна:– ЗдравствуйтеВсе молчат.– Здравствуйте!Никто не обращает внимания. Она в третий раз:– Здравствуйте!Опять та же реакция.– Ах, нет никого?! Тогда пойду поссу.
Доктор, в последнее время я очень озабочена своими умственными способностями, – жалуется Раневская психиатру.– А в чем дело? Каковы симптомы?– Очень тревожные: все, что говорит Завадский, кажется мне разумным…
Узнав, что ее знакомые идут сегодня в театр посмотреть ее на сцене, Раневская пыталась их отговорить:– Не стоит ходить: и пьеса скучная, и постановка слабая… Но раз уж все равно идете, я вам советую уходить после второго акта:– Почему после второго?[– После первого очень уж большая давка в гардеробе.
Раневская повторяла: «Мне осталось жить всего сорок пять минут. Когда же мне все-таки дадут интересную роль?»
Когда у Раневской спрашивали, почему она не ходит на беседы Завадского о профессии актера, Фаина Георгиевна отвечала:– Я не люблю мессу в бардаке.
Во время репетиции Завадский за что-то обиделся на актеров, не сдержался, накричал и выбежал из репетиционного зала, хлопнув дверью, с криком «Пойду повешусь!» Все были подавлены. В тишине раздался спокойный голос Раневской: «Юрий Александрович сейчас вернется. В это время он ходит в туалет».
Однажды Завадский закричал Раневской из зала: «Фаина, вы своими выходками сожрали весь мой замысел!» «То-то у меня чувство, как будто наелась говна», – достаточно громко пробурчала Фаина. «Вон из театра!» – крикнул мэтр. Раневская, подойдя к авансцене, ответила ему: «Вон из искусства!!!»
Как-то она и прочие актеры ждали прихода на репетицию Завадского, который только что к своему юбилею получил звание Героя Социалистического Труда.
После томительного ожидания режиссера Раневская громко произнесла:– Ну, где же наша Гертруда?
Раневская вообще была любительницей сокращений. Однажды начало генеральной репетиции перенесли сначала на час, потом еще на 15 минут. Ждали представителя райкома – даму средних лет, заслуженного работника культуры. Раневская, все это время не уходившая со сцены, в сильнейшем раздражении спросила в микрофон:– Кто-нибудь видел нашу ЗасРаКу?!
Творческие поиски Завадского аттестовались Раневской не иначе как «капризы беременной кенгуру».
Делая скорбную мину, Раневская замечала:– В семье не без режиссера.
Раневская говорила начинающему композитору, сочинившему колыбельную:– Уважаемый, даже колыбельную нужно писать так, чтобы люди не засыпали от скуки
А драматурги неплохо устроились – получают отчисления от каждого спектакля своих пьес! Больше ведь никто ничего подобного не получает. Возьмите, например, архитектора Рерберга. По его проекту построено в Москве здание Центрального телеграфа на Тверской. Даже доска висит с надписью, что здание это воздвигнуто по проекту Ивана Ивановича Рерберга. Однако же ему не платят отчисления за телеграммы, которые подаются в его доме!
Берите пример с меня, – сказала как-то Раневской одна солистка Большого театра. – Я недавно застраховала свой голос на очень крупную сумму.– Ну, и что же вы купили на эти деньги?
Раневская кочевала по театрам. Театральный критик Наталья Крымова спросила:– Зачем все это, Фаина Георгиевна?– Искала… – ответила Раневская.– Что искали?– Святое искусство.– Нашли?– Да.– Где?– В Третьяковской галерее
Поклонница просит домашний телефон Раневской. Раневская:– Дорогая, откуда я его знаю? Я же сама себе никогда не звоню.
Как-то в скверике у дома к Раневской обратилась какая-то женщина:– Извините, ваше лицо мне очень знакомо. Вы не артистка?Раневская резко парировал:– Ничего подобного, я зубной техник.
Женщина, однако, не успокоилась, разговор продолжался, зашла речь о возрасте, собеседница спросила Фаину Георгиевну:– А сколько вам лет?Раневская гордо и возмущенно ответила:– Об этом знает вся страна!
После спектакля «Дальше – тишина» к Фаине Георгиевне подошел поклонник.– Товарищ Раневская, простите, сколько вам лет?– В субботу будет сто пятнадцать.Он остолбенел:– В такие годы и так играть!
В купе вагона назойливая попутчица пытается разговорить Раневскую:– Позвольте же вам представиться. Я – Смирнова.– А я – нет.
Брежнев, вручая в Кремле Раневской орден Ленина, выпалил:– Муля! Не нервируй меня!– Леонид Ильич, – обиженно сказала Раневская, – так ко мне обращаются или мальчишки, или хулиганы.
Генсек смутился, покраснел и пролепетал, оправдываясь:– Простите, но я вас очень люблю.
Одной даме Раневская сказала, что та по-прежнему молода и прекрасно выглядит.– Я не могу ответить вам таким же комплиментом, – дерзко ответила та.– А вы бы, как и я, соврали! – посоветовала Фаина Георгиевна.
Раневская подходит к актрисе N., мнившей себя неотразимой красавицей, и спрашивает:– Вам никогда не говорили, что вы похожи на Бриджит Бардо?[– Нет, никогда, – отвечает N., ожидая комплимента.Раневская окидывает ее взглядом и с удовольствием заключает:– И правильно, что не говорили.
аже любя человека, Раневская не могла удержаться от колкостей.
Досталось и Любови Орловой. Фаина Георгиевна рассказывала, вернее, разыгрывала миниатюры, на глазах превращаясь в элегантную красавицу-Любочку.
Любочка рассматривает свои новые кофейно-бежевые перчатки:– Совершенно не тот оттенок! Опять придется лететь в Париж.
Раневская обедала как-то у одной дамы, столь экономной, что Фаина Георгиевна встала из-за стола совершенно голодной. Хозяйка любезно сказала ей:– Прошу вас еще как-нибудь прийти ко мне отобедать.– С удовольствием, – ответила Раневская, – хоть сейчас!
Рина Зеленая рассказывала:– В санатории Раневская сидела за столом с каким-то занудой, который все время хаял еду. И суп холодный, и котлеты не соленые, и компот не сладкий. (Может, и вправду.) За завтраком он брезгливо говорил: «Ну что это за яйца? Смех один. Вот в детстве у моей мамочки, я помню, были яйца!»
– А вы не путаете ее с папочкой? – осведомилась Раневская.
На заграничных гастролях коллега заходит вместе с Фаиной Георгиевной в кукольный магазин «Барби и Кен».– Моя дочка обожает Барби. Я хотел бы купить ей какой-нибудь набор…– У нас широчайший выбор, – говорит продавщица, – «Барби в деревне», «Барби на Гавайях», «Барби на горных лыжах», «Барби разведенная»…– А какие цены?– Все по 100 долларов, только «Барби разведенная» – двести.– Почему так?– Ну как же, – вмешивается Раневская. – У нее ко всему еще дом Кена, машина Кена, бассейн Кена…
Приятельница сообщает Раневской:– Я вчера была в гостях у N. И пела для них два часа…Фаина Георгиевна прерывает ее возгласом:– Так им и надо! Я их тоже терпеть не могу!
Раневскую о чем-то попросили и добавили:– Вы ведь добрый человек, вы не откажете.– Во мне два человека, – ответила Фаина Георгиевна. – Добрый не может отказать, а второй может. Сегодня как раз дежурит второй.
В переполненном автобусе, развозившем артистов после спектакля, раздался неприличный звук. Раневская наклонилась к уху соседа и шепотом, но так, чтобы все слышали, выдала:– Чувствуете, голубчик? У кого-то открылось второе дыхание!
Артист «Моссовета» Николай Афонин жил рядом с Раневской. У него был «горбатый» «Запорожец», и иногда Афонин подвозил Фаину Георгиевну из театра домой. Как-то в его «Запорожец» втиснулись сзади три человека, а впереди, рядом с Афониным, села Раневская. Подъезжая к своему дому, она спросила:– К-Колечка, сколько стоит ваш автомобиль?Афонин сказал:– Две тысячи двести рублей, Фаина Георгиевна.– Какое блядство со стороны правительства, – мрачно заключила Раневская, выбираясь из горбатого аппарата.
Фаина Георгиевна Раневская однажды заметила Вано Ильичу Мурадели:– А ведь вы, Вано, не композитор!Мурадели обиделся:– Это почему же я не композитор?– Да потому, что у вас фамилитакая. Вместо «ми» у вас «му», вместо «ре» – «ра», вместо «до» – «де», а вместо «ля» – «ли». Вы же, Вано, в ноты не попадаете.
Как-то начальник ТВ Лапин спросил:– Когда же вы, Фаина Георгиевна, засниметесь для телевидения?«После такого вопроса должны были бы последовать арест и расстрел», – говорила Раневская.
В другой раз Лапин спросил ее:– В чем я увижу вас в следующий раз?– В гробу, – предположила Раневская
Артисты театра послали Солженицыну (еще до его изгнания) поздравительную телеграмму. Живо обсуждали этот акт. У Раневской вырвалось:– Какие вы смелые! А я послала ему письмо.
В театре им. Моссовета Охлопков ставил «Преступление и наказание». Геннадию Бортникову как раз об эту пору выпало съездить во Францию и встретиться там с дочерью Достоевского. Как-то, обедая в буфете театра, он с восторгом рассказывал коллегам о встрече с дочерью, как эта дочь похожа на отца:– Вы не поверите, друзья, абсолютное портретное сходство, ну просто одно лицо!Сидевшая тут же Раневская подняла лицо от супа и как бы между прочим спросила:[– И с бородой?
Раневская вспоминала, что в доме отдыха, где она недавно была, объявили конкурс на самый короткий рассказ. Тема – любовь, но есть четыре условия:в рассказе должна быть упомянута королева;упомянут Бог;чтобы было немного секса;присутствовала тайна.[Первую премию получил рассказ размером в одну фразу:«О, Боже, – воскликнула королева. – Я, кажется, беременна и неизвестно от кого!»
дет обсуждение пьесы. Все сидят.Фаина Георгиевна, рассказывая что-то, встает, чтобы принести книгу, возвращается, продолжая говорить стоя. Сидящие слушают, и вдруг:– Проклятый девятнадцатый век, проклятое воспитание: не могу стоять, когда мужчины сидят, – как бы между прочим замечает Раневская.
. Дорогая, сегодня спала с незапертой дверью. А если бы кто-то вошел, – всполошилась приятельница Раневской, дама пенсионного возраста.
– Ну сколько можно обольщаться, – пресекла Фаина Георгиевна собеседницу.
В Комарове, рядом с санаторием, где отдыхает Раневская, проходит железная дорога.– Как отдыхаете, Фаина Георгиевна?– Как Анна Каренина.В другой раз, отвечая на вопрос, где отдыхает летом, Раневская объясняла:– В Комарове – там еще железная дорога – в санатории имени Анны Карениной.
Раневская в замешательстве подходит к кассе, покупает билет в кино.– Да ведь вы же купили у меня билет на этот сеанс пять минут назад, – удивляется кассир.– Я знаю, – говорит Фаина Георгиевна. – Но у входа в кинозал какой-то болван взял и разорвал его.
Как-то на гастролях Фаина Георгиевна зашла в местный музей и присела в кресло отдохнуть. К ней подошел смотритель и сделал замечание:– Здесь сидеть нельзя, это кресло графа Суворова Рымникского.– Ну и что? Его ведь сейчас нет. А как придет, я встану
Когда молодожены приехали к ней, Раневская долгим взглядом оглядела Таню и сказала:– Танечка, вы одеты, как кардинал.– Да, это так, – подтвердила Таня, помня наставления.
Вернувшись домой, Щегловы встретили бледную мать Алексея с убитым лицом. Раневская, пока они были в дороге, уже позвонила ей и сказала:– Поздравляю, у тебя невестка – нахалка.
Маша Голикова, внучатая племянница Любови Орловой, подрабатывала корреспондентом на радио.После записи интервью она пришла к Фаине Георгиевне и сказала:– Все хорошо, но в одном месте нужно переписать слово «феномен». Я проверила, современное звучание должно быть с ударением в середине слова – «феномен».Раневская переписала весь кусок, но, дойдя до слова «феномен», заявила в микрофоn– Феномен, феномен и еще раз феномен, а кто говорит «фено´мен», пусть идет в жопу.
14 апреля 1976 года. Множество людей столпилось в грим-уборной Раневской, которую в связи с 80-летием наградили орденом Ленина.– У меня такое чувство, что я голая моюсь в ванной и пришла экскурсия.
Увидев только что установленный памятник Карлу Марксу напротив Большого театра:– Это же холодильник с бородой.
Раневская как-то рассказывала, что согласно результатам исследования, проведенного среди двух тысяч современных женщин, выяснилось, что двадцать процентов, т. е. каждая пятая, не носят трусы.– Помилуйте, Фаина Георгиевна, да где же это могли у нас напечатать?– Нигде. Данные получены мною лично от продавца в обувном магазине.
Снимается сцена на натуре. В чистом поле. У Раневской неважно с желудком. Она уединяется в зеленый домик где-то на горизонте. Нет и нет ее, нет и нет. Несколько раз посылают помрежа: не случилось ли что? Раневская откликается, успокаивает, говорит, что жива, и опять ее все нет и нет. Наконец она появляется и величественно говорит: «Господи! Кто бы мог подумать, что в человеке столько говна!»
Мальчик сказал: «Я сержусь на Пушкина, няня ему рассказала сказки, а он их записал и выдал за свои»– Прелесть! – передавала услышанное Раневская. После глубокого вздоха последовало продолжение:– Но боюсь, что мальчик все же полный идиот.
После вечернего чтения эрзац-внук спросил Раневскую– А как Красная Шапочка узнала, что на кровати лежит не бабушка, а серый волк?– Да очень просто: внучка посчитала ноги – волк имеет аж четыре ноги, а бабушка только две. Вот видишь, Лешенька, как важно знать арифметику!
Как-то, когда Раневская еще жила в одной квартире с Вульфами, а маленький Алеша ночью капризничал и не засыпал, Павла Леонтьевна предложила:– Может, я ему что-нибудь спою?– Ну зачем же так сразу, – возразила Раневская. – Давай еще попробуем по-хорошему.
Фуфа! – будит Раневскую эрзац-внук. – Мне кажется, где-то пищит мышь…– Ну и что ты хочешь от меня? Чтобы я пошла ее смазать?
Эрзац-внук спрашивает у Фуфы:– Что это ты все время пьешь что-то из бутылочки, а потом пищишь «пи-пи-пи»?– Лекарство это, – отвечает Раневская. – Читать умеешь? Тогда читай: «Принимай после пищи».
побежала к антрепренеру, денег в счет жалованья взяла, вина накупила, еды всякой, оделась, накрасилась – жду сижу. В семь нет, в восемь нету, в девятом часу приходит… Пьяный и с бабой!
«Деточка, – говорит, – погуляйте где-нибудь пару часиков, дорогая моя!»
С тех пор не то что влюбляться – смотреть на них не могу: гады и мерзавцы!
Раневская выступала на одном из литературно-театральных вечеров. Во время обсуждения девушка лет шестнадцати спросила:– Фаина Георгиевна, что такое любовь?Раневская подумала и сказала:– Забыла. – А через секунду добавила: – Но помню, что это что-то очень приятное.
Раневская возвращается с гастролей. Разговор в купе. Одна говорит: «Вот вернусь домой и во всем признаюсь мужу».Вторая: «Ну, ты и смелая».Третья: «Ну, ты и глупая».Раневская: «Ну, у тебя и память».
Раневская говорила, что когда Бог собирался создать землю, то заранее знал, что в 20 веке в России будет править КПСС, и решил дать советским людям такие три качества, как ум, честность и партийность. Но тут вмешался черт и убедил, что три таких качества сразу – жирно будет. Хватит и двух. Так и повелось:Если человек умный и честный – то беспартийный.Если умный и партийный – то нечестный.Если честный и партийный – то дурак.
. Всех артистов заставляли ходить в кружок марксистско-ленинской философии. Как-то преподаватель спросил, что такое национальное по форме и совершенное по содержанию– Это пивная кружка с водкой, – ответила Раневская.
Тверской бульвар. Какой-то прохожий подходит к Раневской и спрашивает:– Сударыня, не могли бы вы разменять мне сто долларов?– Увы! Но благодарю за комплимент!
Во время оттепели находились наивные люди, всерьез обсуждавшие проблему открытых границ применительно к СССР.– Фаина Георгиевна, что бы вы сделали, если бы вдруг открыли границы? – спросили у Раневской.– Залезла бы на дерево, – ответила та.– Почему?– Затопчут! – убежденно сказала Раневская.
В семьдесят лет Раневская вдруг объявила, что вступает в партию.– Зачем? – поразились друзья.– Надо! – твердо сказала Раневская. – Должна же я хоть на старости лет знать, что эта сука Верка Марецкая говорит обо мне на партсобраниях.
Внук пришел к Раневской с любимой девушкой и представляет ее:– Фаина Георгиевна, это Катя. Она умеет отлично готовить, любит печь пироги, аккуратно прибирает квартиру.– Прекрасно, мой мальчик! Тридцать рублей в месяц, и пусть приходит по вторникам и пятницам.
К биографии предлагаемых ей кур Раневская была небезразлична.Как-то в ресторане ей подали цыпленка-табака. Фаина Георгиевна отодвинула тарелку:– Не буду есть. У него такой вид, как будто его сейчас будут любить
Однажды домработница сварила курицу вместе с требухой. Есть было нельзя, курицу надо было выбросить. Раневская расстроилась:– Но ведь для чего-то она родилась!

голосуй звездами за цитаты!
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...
Все афоризмы для вас
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
ТЕПЕРЬ НАПИШИ КОММЕНТАРИЙ!x
()
x